В давно ушедшие времена технари довольно часто свысока смотрели на музыкантов, считая их «пешками» в сложном «научном» процессе звукозаписи. С учетом же недавно обретенной независимости, музыканты стали «голосовать ногами», уходя из студий, в которых им не нравилось работать, в студии, где они могли играть свою музыку с полной выкладкой. И подчас новомодными становились студии, которые прежде вызывали резкую критику со стороны «центристов»-акустиков и инженеров звукозаписи. Однако, по иронии судьбы, зачастую именно технические «слабости» таких студий были теми моментами, которые воспринимались музыкантами как благо.
В процессе звукозаписи все большее и большее значение стали приобретать звуки как таковые. Да и самим пластинкам начинало отводиться все более важное место в творчестве музыкальных коллективов. И музыканты вместо того, чтобы просто записывать в студии ту или иную композицию, пытались экспериментировать со звуками, которые сами по себе становились как бы отдельными инструментами. А это уже было что-то новое по сравнению с тем, с чего все начиналось в конце 50-х годов. Наиболее успешные продюсеры и музыканты на этом этапе уже осваивали электронные технологии. Студии же пока все еще оставались в своем большинстве «священными коровами». Правда, студийный персонал в модных студиях зачастую проявлял более гибкое отношение к процессу звукозаписи, притом что он и сам по себе отличался некоторым творческим настроем или, по крайней мере, проявлял интерес к новым идеям и экспериментам с новыми технологиями. И все-таки потребовалось немало времени, чтобы старые догмы ушли в небытие, и отчасти потому, что еще долго бытовало мнение о превосходстве «технически правильного» подхода. Я сейчас гляжу на то время с точки зрения европейских реалий, потому что в США, как мне кажется, музыкальной акустике всегда уделялось особое внимание. В 60-х годах многие британские группы начали ездить в США в поисках желаемого звука. При этом едва ли хоть какие-то американские группы приезжали в Европу для записи, а если и приезжали, то делали это не из желания записаться в европейских студиях, а, как правило, только ради того, чтобы поработать с европейскими музыкантами.